ЧЕРНЫЙ ПИАР ПО-ИСТОРИЧЕСКИ

Голодающая семья в Поволжье (20-е годы)
Апологеты сталинизма забили Интернет сказками о голодающей царской России. Несмотря на пугающие цифры - например, по "подсчетам" коммунистов, только в 1913 году в стране умерло от голода почти 1,2 млн. человек, все они являются ложью. А точнее - черным пиаром, направленным против дореволюционной России.

В последние десятилетия XIX и начале ХХ веков сельское хозяйство Российской империи переживало период серьёзных изменений. В частности, речь шла о перемещении центра зернового производства в южные, чернозёмные и степные районы. Эти изменения совпали (и во многом обусловили) с участившимися неурожаями. Долгое время они рассматривались как яркий признак кризиса аграрной сферы, приведший к краху самодержавия, однако на деле представляют собой явление, в целом естественное для сельского хозяйства, совершающего переход от экстенсивных форм к интенсивным (тем более в зоне рискованного земледелия). К тому же оно не были изолированным, чисто российским явлением, являясь продолжением общеевропейских и даже общемировых неурожаев. К таким относились и крупнейший по распространению неурожай начала 1890-х гг., и аграрный кризис середины 1900-х гг.

В исторической науке, а особенно в массовом сознании с советских времён укоренилось представление о постоянных неурожаях и, как следствие, голодовках, поражавших империю и вызывавших массовую смертность. При этом само собой разумеющимся считается, что государственные структуры не предпринимали никаких мер по помощи населению пострадавших территорий. Однако при детальном рассмотрении оказывается, что все эти штампы представляют собой не более чем обычный пример «чёрного пиара», разве что ведшегося на государственном уровне многие десятилетия и потому прочно вбитого в общественное сознание. Попробуем же разобраться.

Сначала о неурожаях. Российская империя не была, конечно же, сказочной «страной постоянных неурожаев»: в ней случались и урожайные годы, причём таковых было как минимум не меньше. Если взять последние 25 лет существования России, то однозначно неурожайными на достаточно обширной территории оказываются: 1891-92, 1897-98, 1901, 1905-07 и отчасти 1908, а также 1911 годы. Случались, конечно, и локальные неурожаи в благополучные годы, но, вследствие обильных сборов, они серьёзно на положение дел не влияли.

Как видно, крупные неурожаи следовали с определённой регулярностью (два раза в десятилетие) – однако говорить в этой связи о постоянном голодании вряд ли правомерно. Неурожаи, конечно, наносили тяжёлый вред хозяйству крестьян. Однако – и здесь мы переходим к следующему распространённому убеждению – правительство не сидело сложа руки. И в первую очередь необходимо упомянуть о такой практически неизвестной ныне, однако эффективной и действенной в своё время системе такой помощи при неурожаях, как продовольственный капитал. Созданная в 1830-е гг. и затем постоянно совершенствовавшаяся, к 1890-м гг. эта система приобрела следующий вид:

- низовым уровнем были хлебные запасы в общинах, формировавшиеся путём взносов от всех хозяйств. Эта система призвана была обслуживать местное население;
- более высоким уровнем являлись губернские продовольственные капиталы, выдававшие ссуды населению в случае нехватки запасов на местах;
- наконец, общеимперский продовольственный капитал выдавал пособия в тех ситуациях, когда запасов общины и губернии оказывалось недостаточно.

Пособия выдавались как хлебом, так и зерном, и деньгами. Либо первым и вторым, либо сразу всеми видами в различных пропорциях. Начиная с губернского уровня, эта система поддерживалась государством, которое через Министерство внутренних дел закупало на средства, выделяемые Государственным казначейством, хлеб и ведало его распределением, а также имело в особо тяжёлых ситуациях право маневрировать общинными запасами тех территорий, где имелись излишки хлеба.

Система изначально ориентировалась на то, чтобы лишь страховать крестьян, которые должны были сами заботиться о формировании и сохранении общинных запасов и распределять их действительно нуждающимся. Однако на общинном уровне постоянно наблюдались многочисленные нарушения и зачастую запасы оказывались сильно меньше. В результате постепенно система продовольственного капитала приобрела характер вэлфера, получив у крестьян название «царский паёк». На него в первую очередь и рассчитывали жители села при неурожаях зерновых.
Среди наиболее распространённых экстренных мер по смягчению последствий неурожаев нужно упомянуть:

- прямые пособия нуждающимся хлебом и деньгами (заимообразные и безвозмездные);
- открытие общественных работ;
- понижение размеров государственных повинностей, платежей долгов и сборов в казну;
- отмена рекрутских сборов (в наиболее пострадавших губерниях);
- безакцизный отпуск соли из казённых магазинов для поддержки скота государственных крестьян и т.д.

Отдельно стоит указать и такую меру, как повышение пошлин на вывозимый за границу хлеб. А в самых тяжёлых ситуациях — ограничение или полное воспрещение вывоза (1848 г., 1854-56, 1891-92 гг.), хотя эта мера считалась чрезвычайной, поскольку основной доход Россия получала как раз от экспорта зерновых и его прекращение подрывало позиции страны на важнейших для неё рынках (прежде всего, немецком и британском).

Собственно, именно стремление увеличить эти доходы стало «подводкой» к самому сильному голоду в истории Российской империи: на внешнем рынке сложилась отличная конъюнктура вследствие высоких цен на зерновых, а в стране случился ряд урожайных лет (1887-89 гг.). В этой обстановке министром финансов И.А. Вышнеградским было принято логичное решение наращивать вывоз ради резкого увеличения доходов казны. В результате, когда в 1891 г. случилась сильнейшая засуха, вызвавшая масштабный неурожай в Центральной России и Поволжье, запасы на местах оказались истощены.
И именно во время борьбы с этим голодом был выработан порядок действий, предпринимавшихся при всех последующих недородах. Основным действующим лицом выступало государство: Казначейство выделяло суммы на закупку хлеба и семян для сельских жителей, Министерство внутренних дел (ведавшее в Российской империи гораздо более широким кругом полномочий, нежели его позднейшие аналоги) организовывало и проводило помощь жителям пострадавших районов. Одним из распространённых способов помощи являлась организация общественных работ (строительные, лесные, обводнительные, дорожные). Кроме того, закупался скот для раздачи хозяйствам, пострадавшим от падёжа, для выпаса крестьянского скота открывались казённые угодья, организовывалось льготное снабжение хозяйств кормами.
Через МВД велось и финансирование благотворительных организаций, которые массово появились как раз в период 1891-92 гг. и с тех пор стали непременной частью общественной жизни России. Они делились на три основных категории: государственные (прежде всего Российское общество Красного Креста) и общественные структуры и православная церковь. За счёт собранных пожертвований открывались столовые, приюты и ночлежные дома, ясли при школах, в районы распространения эпидемий направлялись санитарные отряды.

Голодом начала 1890-х гг. было вызвано такое явление, как резкое ускорение строительства железных дорог, благодаря чему уже к началу ХХ в. подвоз продовольствия в поражённые неурожаем районы не встречал никаких трудностей. Вообще развитие транспорта получило серьёзный импульс.

Но правительство стремилось не только смягчить последствия уже случившихся недородов, но и по мере возможности решить саму проблему их повторения. С начала 1890-х гг. регулярно списывались многочисленные долги и недоимки крестьянских хозяйств государственной казне. В начале ХХ в. в общинах была отменена круговая порука, а с 1906 г. стартовала аграрная реформа, получившая имя главы российского правительства П.А. Столыпина. Её цель заключалась в создании на селе слоя крепких хозяев, долженствующих стать главным двигателем сельского хозяйства (в первую очередь через интенсификацию земледелия), а также в «разгрузке» традиционных земледельческих регионов страны от излишнего населения путём переселенческой политики. В качестве главной меры предполагалось землеустройство – закрепление за хозяйствами в вечное владение участков земли, ранее подвергавшихся регулярным переделам в рамках общины. Постоянно возрастал поток сельскохозяйственных машин, и к 1914 г. почти половина крестьянских хозяйств имела у себя те или иные механизмы. Проводилась активная деятельность по пропаганде новых способов ведения хозяйства. В целом, за годы проведения (1906-1917) реформа дала прекрасные результаты.

Это способствовало росту урожайности и расширению посевных площадей (в 1906-1914 гг.). Кроме того, была облегчена проблема недородов – они не охватывали, как прежде, обширные территории, а имели характер «пёстрого» распространения. Изменилась и система продовольственного капитала: главное место в ней после 1900 г. заняли государственные структуры (МВД). Земства же, довольно неумело действовавшие в период 1891-92 гг. (в частности, именно из-за их действий резко взлетела цена на хлеб), были уведены на второй план, им поручалась организационно-техническая работа (наблюдение за состоянием зернохранилищ и пр.).

Активная антиправительственная агитация, проводившаяся многими работниками благотворительных организаций в годы аграрного кризиса 1905-07 гг. (совпавшего с первой «революцией»), побудила государство ввести запрет на участие в помощи голодающим «самодеятельных» общественных организаций. Однако надо отметить, что запрет этот существовал в основном на бумаге и, при желании местных властей (которые вообще старались не отказываться ни от каких источников помощи), довольно легко обходился.

В свете вышеизложенного возникает закономерный вопрос: а что же с вымиранием населения от голода? Изучение обильной публицистики, идущей плотным потоком со стороны левого лагеря, вполне может создать впечатление Апокалипсиса, надвигавшегося на проклятую богами Россию, и только большевики спасли, накормили и т.д. Самые отчаянные даже приводят «точные цифры» умерших от голода. Увы: эти цифры не имеют подтверждения в исторической литературе ни Российской империи, ни современной России, ни, что самое скандальное, СССР. Единственная достоверная цифра избыточной смертности относится к периоду «Царь-голода» 1891-92 гг. и составляет, по разным подсчётам, 400-500 тысяч человек (причём основная часть смертей приходилась на разыгравшиеся как раз в этот период эпидемии холеры и сыпного тифа, хотя и голод, конечно, сыграл свою роль). Более того, расчёты демографов, что советских, что российских, показывают не уменьшение населения страны (в том числе русского), чего следовало бы ожидать при постоянном и массовом голоде, а как раз наоборот, резкий, взрывной его рост в 1890-1910-е гг., причём во всех регионах страны и, в первую очередь, в постоянно задеваемых неурожаями Поволжье и Центрально-Чернозёмном регионе.

За четверть века население страны выросло почти на 50 миллионов человек! Как с этим увязать массовую смертность (а уже при примерно полумиллионной смертности во время «Царь-голода» рост населения в империи прекратился – можно себе представить, что было бы при более высоких, миллионных цифрах) – пока ещё никто не объяснил.


Комментарии

Ваше имя:
Комментарий:
Security Image
Введите код с картинки (с учетом регистра).
Чтобы обновить изображение, кликните на нем.