Сердечно-сосудистые тайны Ирины Чазовой

Дочь «кремлевского врача» приватизирует отечественную кардиологию
Судя по опыту российских приватизаторов, сделать частной лавочкой можно что угодно, включая целые отрасли промышленности. Социальная сфера до недавних пор успешно противостояла эпидемии растаскивания. Правда, надолго такого иммунитета не хватило. Одной из первых сдалась кардиология, важнейшая отрасль отечественного здравоохранения. Более того, здесь даже появился свой «олигарх», в лице Ирины Евгеньевны Чазовой , руководителя Российского медицинского общества по артериальной гипертонии, и главы отдела системных гипертензий знаменитого Кардиоцентра. А также, дочери главного кардиолога Минздравсоцразвития России Евгения Чазова.

Отдельно взятая отрасль медицины тоже может стать семейным бизнесом. Главное – вовремя ее монополизировать. Врач Ирина Евгеньевна Чазова выяснила это в самом начале рыночных реформ. Дочь «кремлевского доктора» особыми профессиональными успехами не отличалась. А в новых экономических условиях былые заслуги старшего Чазова перед Политбюро и лично товарищем Брежневым уже не могли обеспечить достойное, по меркам столицы, существование. Зато родная отечественная кардиология сулила блестящие перспективы для обогащения. Хотя бы, за счет крупных западных фармацевтических компаний, тратящих миллионы для продвижение своих препаратов на новом постсоветским рынке.

Понятно, что для установления контроля над отдельно взятой отраслью здравоохранения требовалась специальная структура. В сфере преступности такие объединения называют «бандами». Представители легального бизнеса предпочитают словосочетание «общественные организации». Правда, суть от этого не меняется. Изначально, созданное Ириной Чазовой Российское медицинское общество по артериальной гипертонии заявило о себе, как о грозной и жестокой силе. А именно, задействовав административный ресурс и связи папы - академика, доктор Чазова захватила практически все формальные и неформальные командные высоты в кардиологии, дополнив виртуальное «телефонное право» реальными финансовыми ресурсами. С первых дней своего существования, структура под управлением Чазовой взяла курс на создание «естественной лечебной монополии». А потому, не жалела сил и средств с противниками подобной «приватизации».

Впрочем, особых проблем с обретением статуса монополии у «гипертонического общества» не было. Министерство юстиции, взяв под козырек, без промедления зарегистрировало все региональные отделения Российского медицинского общества по артериальной гипертонии. Да и медицинское сообщество, помня былую славу Евгения Чазова, к дочери престарелого кардиолога, прописывавшего своим пациентам коньяк «для расширения сосудов», относилось с выраженным сочувствием. Конечно, помимо этого рецепта, опробованного сразу на трех поколениях советских генсеков, другие наработки господина Чазова выглядели довольно бледно. Но и кампания его дочери создавалась не для прорыва в медицинских исследованиях.

Конечно, слово «наука» в планах Российского медицинского общества по артериальной гипертонии присутствовало в достаточных количествах. А именно, группа соратников Ирины Чазовой занялось доходным ремеслом организации врачебных школ, и медицинских конференций. Спонсорами этих важных и дорогостоящих мероприятий выступали крупные фармацевтические компании. Кроме оплаты билетов для иногородних участников, аренды залов, гостиниц, и прочих трат, производители лекарств были вынуждены делать солидные взносы в кассу Российского медицинского общества по артериальной гипертонии. Минимальная сума такого «пожертвования» составляла четверть миллиона рублей. Причем, отказ всегда приводил к довольно неприятным последствиям. Особо несговорчивым коммерсантам дочь главного кардиолога прямо обещала «вылет из стандартов» и «заваливание клинических испытаний» новых медикаментов. Причем, угрозы эти следовало воспринимать всерьез. К примеру, рассорившись с Ириной Евгеньевной, свой пост покинули господин Гинтер из компании «Новартис», и Светлана Подплетенная из концерна «Солвей Фарма», ныне поглощенного американским гигантом Abbott.

Как сообщают источники в самом кардиологическом обществе, повторить судьбу этих топ-менеджеров может господин Виноградов из компании MSD. Причем, причина его неприятностей лежит вне финансовой сферы. Спонсируя, от имени своей компании, некий симпозиум, Виноградов неосторожно включил в число его участников господина Мареева и госпожу Кобалаву, двух независимых от дочки Чазова кардиологов. А такого пренебрежения вождь Российского медицинского общества по артериальной гипертонии не прощает никому. Дело в том, что научные таланты госпожи Чазовой в глазах ее коллег не выглядят очевидными. А потому, она не жалеет сил для защиты своего профессорского авторитета. Страдают от такой «обороны», как правило, люди весьма заслуженные. К примеру, много шума в профессиональном сообществе наделал личный звонок госпожи Чазовой некому профессору, главному кардиологу одного из регионов, который был приглашен с докладом на одну из конференций. Доктору в повелительном тоне было рекомендовано снять выступление. Дескать, единственный специалист по гипертонии в России - это она сама. А профессорское звание главного кардиолога региона не дает провинциальному врачу право читать лекции...

Такую нетерпимость к чужим научным успехам можно было бы приписать обычной человеческой жадности. Но, к сожалению, Ирина Евгеньевна действительно считает себя великим ученым. А конкретно, единственным в России специалистом по гипертонии и всем прочим сопутствующим заболеваниям. И жестко пресекает все сомнения в обратном, заполняя своей персоной и без того тесное научное пространство. Исключительное трудолюбие Ирины Евгеньевну уже позволило вписать ее имя в сокровищницу российского врачебного фольклора. На проходившем в октябре 2010 года в Москве Российском национальном конгрессе кардиологов появился анекдот:
- Говорят, Ирине Чазовой подарили кроссовки
- Зачем?
- Чтобы удобнее было бегать с симпозиума на симпозиум.


Эта шутка больше походила на простую констатацию факта: Ирина Евгеньевна умудрилась за три дня побывать председателем на 15 симпозиумах, в том числе, проходивших в одно и то же время, но в разных помещениях. Число прочитанных лекций, по некоторым данным, достигло 32-х. Такой темп работы, безусловно, весьма утомителен. Зато, помимо сомнительной славы лектора-многостаночника, Ирина Евгеньевна смогла существенно пополнить семейный бюджет. Как утверждают ее коллеги, за одну лекцию здесь не принято платить меньше тысячи долларов. А доктор Чазова умеет считать деньги.

Врач, что бы не говорили сторонники бесплатной медицины, имеет полное право быть богатым. Но уровень его дохода должен прямо соответствовать степени благополучия пациентов. К сожалению, в российской кардиологии «эпохи Чазовых» наблюдается обратная зависимость. Административные таланты Ирины Евгеньевны входят в явное противоречие с врачебными предписаниями ее же подчиненных. Временами, преуспевающей мадам руководителю все же приходиться вспоминать о своей полузабытой профессии врача. И каждый обход доктора Чазовой, профессора 5-го отделения Кардиоцентра, становится для его тяжелобольных обитателей настоящим тестом на выживание. Ирина Евгеньевна привыкла к нелицеприятным выволочкам прижимистых спонсоров и своевольных подчиненных, что в разговоре с умирающими от гипертонии людьми высказываем им в глаза все, что думает об их докучливых просьбах. К примеру, ей ничего не стоит поинтересоваться у 25-летнего парня из Подмосковья, с диагнозом «первичная легочная гипертензия», о наличии у него пятидесяти тысяч евро на лечение. А потом, выслушав растерянное «нет», заявить классическое «мы такие болезни здесь не лечим!».

Конечно, легочная гипертензия, которой страдает один человек из миллиона, считается редчайшим, и практически неизлечимым заболеванием. Но врачи, еще не забывшие клятву Гиппократа, стараются обнадежить таких больных, хотя бы отчасти продлив им жизнь. Чазовой, напротив, ничего не стоит затеять при ординаторах и аспирантах торг с больными, ставкой в котором становиться жизнь человека. Диалог врача с пациентом при этом строится по накатанному шаблону бесед со спонсорами: «У вас есть 50000 евро? Тогда мы дадим вам препарат Траклир (рыночная стоимость - 180000 рублей за упаковку). Нет – выписывайтесь, нечего нам койку занимать…». Правда, отдельно взятые счастливчики могут задешево, по меркам Кардиоцентра, получить экспериментальный Амбризентан, не прошедший регистрацию в России. Но, к сожалению, курс лечения всегда оказывается дольше срока очередного испытания, а потому «подопытный» больной так же оказывается на улице, как и все прочие неимущие пациенты. Выписка грозит каждому, кто не может осилить заявленные доктором суммы. А потому, некоторые предпочитают суицид: так, попытался «выйти в окно» парень с первичной легочной гипертензией.


Критиковать стиль и методы доктора Чазовой сегодня рискуют только представители Всероссийского научного общества кардиологов, авторитетной и независимой от семьи Чазовых научной организации. Правда, эта организация совсем недавно чуть было не поплатился за свою несговорчивость. Совместная и скоординированная атака Чазова, Чазовой и «чазовцев» напоминала рейдерский захват: «организованная группа кардиологов» попыталась поставить на пост президента ВНОК Юрия Карпова, весьма посредственного специалиста и абсолютно управляемого администратора, ныне занимающего должность директора НИИ им. Мясникова. Отбить атаку помогло российское научное сообщество. Ученые, вне стен своих лабораторий, страдают от тех же заболеваний, что и менее образованные сограждане. А потому, в случае открывшейся гипертонии, желают иметь альтернативу положению подопытных пациентов чазовского Кардиоцентра.

Говорят, что в самом начале триумфального восхождения Ирины Чазовой к административным вершинам российской кардиологии многие ее коллеги пытались жаловаться на мадам ее отцу. Но просьбы приструнить зарвавшееся дитя всякий раз встречали ледяное непонимание. С тех пор ничего не изменилось. Главный кардиолог страны, прочно окопавшийся в российской элите, которая пришла на смену элиты советской, стал таким же подчиненным госпожи Чазовой. Евгений Чазов дрожащими руками и несвязной речью в последнее время все больше напоминает своего бывшего сиятельного пациента, «дорогого Леонида Ильича Брежнева». Тем не менее, за внешней уступчивостью ясно проглядывает точный расчет. Ведущий кардиолог СССР еще не утратил своей административной хватки. Только сейчас она направлена на банальный «распил» многомиллионных сумм. Так, бывших врач Брежнева не моргнув глазом подписал инвестиционное соглашение, в соответствии с которым большой участок территории кардиоцентра будет застроен элитными квартирами. А недавний скандал, в ходе которого дочь-профессор прилюдно кричала на отца-академика, парадоксальным образом закончился строительством та территории Кардиоцентра совершенно неуместного здесь асфальтобетонного завода...

Большие деньги любят тишину. Только в Кардиоцентре она все больше напоминает кладбищенскую. Редко появляясь на официальных трибунах, академик Чазов всякий раз говорит о небывалом снижении смертности от сердечно-сосудистых заболеваний. И тонко, несмотря на дефект речи, намекает на собственные заслуги в этом лечебно-профилактическом триумфе. Статистика, а вслед за ней и государственные власти, утверждают обратное. По факту, уровень рождаемости в нашей стране примерно тот же, что и в Европе. А демографической катастрофой мы обязаны ранним инсультам да инфарктам, о которых гибнут еще нестарые россияне. К сожалению, главное кардиологическое семейство ей совершенно не интересуется. Научная вольница мешает манипулировать финансовыми потоками. В свое время Евгений Чазов «подсадил» генсека Брежнева на успокоительные таблетки. Сегодня «кремлевский доктор» произвел подобный эксперимент над всей системой здравоохранения. Ведь для того, чтобы пациент был послушен и щедр, его надо оглушить наркозом успокоительных отчетов...

Комментарии

Ваше имя:
Комментарий:
Security Image
Введите код с картинки (с учетом регистра).
Чтобы обновить изображение, кликните на нем.